Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

И вечный бой

ЗАГРАНИЧНЫЕ ГАСТРОЛИ МОСКОВСКИХ ТЕАТРОВ И ЭМИГРАНТСКИЙ ЗРИТЕЛЬ В 20-е гг

Весной 1922 г. в новых условиях НЭПа, когда содержание учреждений культуры за государственный счет оказалось под большим вопросом, советское правительство приняло принципиальное решение о возможности заграничных гастролей артистов и художественных коллективов. Символом «генуэзских надежд», возможного сближения Запада и Советской России, стали московские театры, гастролирующие по Европе и Америке.

Первыми отправились те, кто на протяжении 1920 - 1922 гг. просил о подобном разрешении и доказал свою лояльность. Хотя еще весной 1921 г. Ф.Э. Дзержинский, мотивируя отказ Первой студии Художественного театра, писал в ЦК ВКП(б): «Такое послабление с нашей стороны является ничем не оправдываемым расхищением наших культурных ценностей и усилением рядов наших врагов», поскольку большинство отпущенных до того деятелей культуры не вернулось и «вдобавок ведет злостную агитацию против нас».[1] За рубежом театры оказывались в эмигрантском окружении, и власти опасались, как поведут себя лучшие академические коллективы без должного контроля. Потому те, кто оправлялся в заграничный вояж, были на всякий случай предупреждены о том, что в России остаются их родственники, а имущество является государственной собственностью. 

Гастроли 1922 - 1924 гг. стали уникальным событием в истории русского театра, по масштабу своего влияния на западную культуру вполне сопоставимым с «русскими сезонами» С.П. Дягилева. Особенно интересен аспект этих гастролей, который никогда отдельно не рассматривался в отечественной историографии: взаимоотношения московских театров и эмигрантского зрителя.
Collapse )

И вечный бой

Размышления... (Фаина Георгиевна Раневская)

Я вспоминаю Ситал-Чай,военный городок на Апшеронском полуострове,  где стоял наш учебно-тренировочный полк летавший на собранных со всей страны ИЛ-28, т.к. одному деятелю пришла в голову идея фикс, что новая война будет решаться только ракетами. А следовательно новые самолеты порезали на металлолом.  Я вспоминаю Ситал-Чай где нам с женой выделили комнату в девять квадратный метров и мы были этому безумно рады, так как многие не имели и этого. Первый наш диван и первый наш телевизор "Темп", который все время ломался. А еще я вспоминаю ветер, который называли то афганцем, то сирокко. Приближение этого ветра чувствовалаось гнетущим напряжением в душе и жарой, от которой казалось плавились мозги. А потом он налетал и в воздухе повисала мгла из мельчайшего песка. От этого песка никуда нельзя было деться. Он проникал сквозь закрытые окна и двери. Оседал на вещах, на мебели, скрипел на зубах. Это могло быть и день, и два, и три. А воду давали только три раза в день по два часа....
Почему мне все это вспоминается? Наверно потому, что такое же чувство испытваешь, когда смотришь на всю эту "пыль" которая в пароксизме бьется насмерть кому-то доказывая что только он или она являются "Золотым голосом России" или в экстазе бьютя за звание стать "всероссийской шлюхой". И с тоской вспоминаешь тех, кто воистину были Великими, были гордостью своей страны, но отнюдь не претендовали и не выпрашивали своей популярности. Но сумели повлиять не на одно поколения.
Фаину Раневскую я впервые увидел в спектакле "Странная миссис Сэвидж". Помню, когда она вышла на сцену с голубыми волосами, зал встал в едином порыве и устроил ей овацию.  Спектакль долго не мог начаться, пока зал не успокоился.
Сегодня я отдаю ей память.
 
                

 

 О КИНО И ТЕАТРЕ

Раневская послужила очень многим провинциальным и столичным театрам, но, как вспоминала позже: "Я всю свою жизнь прожила с театрами, и ни с одним из них не была счастлива'.

Collapse )</div>