Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Белые воины

БЕЛОГВАРДЕЙСКИЙ РОМАНС




Цвела белая вишня
За окошком распахнутым.
Бился в скалах чуть слышно
Черноморский прибой.

В доме этом покинутом,
В час беды неприкаянной,
За роялем старинным
Пел седой капитан...

О том вечере синем,
Запах яблок из сада,
И мерцающий вскрик
Догоревшей свечи.

И рука на погоне,
В глазах боль расставания,
Той, что в сердце пройдет с ним
По дорогам войны.

В тот бы вечер вернуться,
Да упасть на колени,
И щекою прижаться
К ее тонкой руке...

И навеки забыть,
Что уходим из Крыма,
По дороге распятой
Нашей горькой судьбы.

Там под небом чужим,
Будет снится ночами
Яблок запах из сада
Взмах, прощальный, руки...

Той, чье имя от пули
Его часто спасало,
Та, что так и осталась
На дорогах войны.

(Александр Куксин)

И вечный бой

СТАРЫЙ РОЯЛЬ

Бой окончен...В усадьбе разрушенной,
Уцелел в доме старый рояль.
И в шинели, на плечи наброшенной,
За роялем сидит капитан.
Пальцы робко касаются клавиш,
Что забыли тепло его рук,
И рояль отозвался устало:
«Как давно тебя не было, друг...»
В темном зале послышались звуки,
Вальс Шопена коснулся свечи,
В колыхнувшемся пламени света,
Дней счастливых мгновенья прошли...
Папа с мамой проносятся в вальсе,
Счастьем светятся мамы глаза,
И сестрица свой бал, самый первый,
Здесь встречала.. как будто вчера...
Как в мундире, еще не обмятом,
Золотые погоны надев,
Той, что с любящим, ласковым взглядом,
За роялем романсы ты пел...
Все зачеркнуто красною смутой,
Мать с отцом полегли у крыльца,
На поруганном теле сестрицы
Не оставили даже креста...
Та любимая, с ласковым взглядом,
По чекистским застенкам прошла,
И в душе чистоту сохраняя
На яру, рано утром, ушла..
Шашка стала привычнее клавиш,
И еще офицерский наган,
Ничего уж теперь не исправишь
Да и месть не залечит тех ран.
Звук мелодии резко прервался
Глухо лопнули струны внутри
Только шёпот рояля остался:
Уходи, капитан, уходи..
За окном ветер листья гоняет
Капитан закрывает рояль,
И в глазах навсегда застывает
Горькой мукой, глухая печаль.

(А.Куксин)
И вечный бой

Женщины Фабиана Переза



Нашел видеоролик, но что-то мне понравилось в музыкальном сопровождении, а потому немного его переделал.

В музыкальный ряд включил две песни замечательной певицы Маризы, поющей в стиле фадо.

Оцените что получилось.


Война

Эсэсовцы склонились перед мертвым телом еврейки, усыпанной белыми цветами.


Чрезвычайно трогательна судьба Альмы Марии Розе, дочери знаменитого венского скрипача Арнольда Розе и племянницы композитора Густава Малера, ученицей которого она была. Альма была первоклассной солисткой, в 1938 году она бежала во Францию. Там она была арестована и интернирована в течение нескольких лет в концентрационном лагере Дранси, оттуда была депортирована в Аушвиц-Биркенау. По указанию коменданта лагеря она создала из заключенных девушек в возрасте от 16 до 20 лет женский оркестр; в него входили немки, француженки, бельгийки, русские, польки, венгерки и гречанки. По утрам и вечерам, задыхаясь от зловонного дыма крематория, они должны были сопровождать выход рабочих команд маршевой музыкой. Также они должны были быть наготове на тот случай, если комендант после «селекции» или доктор Йозеф Менгеле пожелают послушать Шумана или Пуччини. По воскресеньям зачастую им приходилось давать до трех концертов в день.

Ежедневно, в любое время, даже ночью, в барак могли зайти эсэсовские офицеры и потребовать свою долю музыки. Во время подготовки к приезду в лагерь Генриха Гиммлера они постоянно репетировали до полного изнеможения; многие не выдержали и сломались.

Это был ад, но этот ад обеспечивал отсрочку наказания и давал уверенность в том, что в ближайшее время тебя не поведут в газовую камеру. Из окон музыкального зала они с болью наблюдали как разгружают вновь прибывшие составы с людьми. Машина смерти работала на полных оборотах, жирная сажа покрывала девушкам кожу, забивала поры. Красавица Альма Мария Розе - в лагере в ее характере проявилась властность — дирижировала и руководила оркестром вместе с Фаней Фенелон, французской еврейкой-полукровкой, обладательницей приза Парижской консерватории. По прошествии некоторого времени Альма Мария Розе заболела тифом и вскоре умерла; есть подозрение что она была отравлена. Всех умерших в лагере сразу же отвозили в крематорий, однако Альма удостоилась особой чести: по распоряжению надсмотрщицы Мандель, которую все боялись, Альму Марию похоронили. Альма лежала на носилках и была усыпана цветами, окружающие с недоумением смотрели на этот ритуальный процесс, они не могли ничего понять. Они глядели на Альму, ее умиротворенное лицо. Красивы, просто прекрасны были ее узкие, длинные руки, скрещенные на груди, в которых лежал цветок. Кто вложил в них цветок? Мандель?

В помещение вошли эсэсовцы, сняли головные уборы и проследовали мимо носилок, на которых лежала Альма. Все плакали, включая Мандель. В то же самое время в лагерь продолжали прибывать все новые эшелоны с людьми, без остановки работали газовые камеры, из труб крематория беспрестанно шел дым... А здесь эсэсовцы склонились перед мертвым телом еврейки, усыпанной белыми цветами. Фаня Фенелон подумала: «Альма, тебе не удалось покинуть лагерь со скрипкой в руках...Отсюда не выйдешь живым!». Француженке удалось пережить этот ад и позже она написала об этом в своих воспоминаниях.

Источник: Марта Шад  "Женщины против Гитлера. Судьбы женщин Третьего рейха"

И вечный бой

Золотые погоны

Музыкант Дмитрий Шварц прислал мне оригинальный текст песни которой кто как не исполнял.
Песня была написана в 1954 году Евгением Кричмаром

Вот текст:

Золотые погоны

Непогодой природа размыла дороги,
И повисли мосты над ущельем седым.
Отступаем без боя от родного порога,
Оставляя навеки отечества дым.

Мы последний заслон. Эскадрон и разведка.
Никакого сомнения - быть иль не быть.
И последний патрон в барабан, как в рулетку,
Для того, чтобы честь и мундир защитить.

Нам ни кручи страшны, ни туманы лесные.
Ни голодные ночи, ни холод, ни зной.
Страшно только, что мы покидаем Россию
И, Бог знает, когда вновь вернемся домой?

Больше нет ни солдат, ни господ офицеров.
Только общая боль и пролитая кровь.
Ах Россия моя, велика ты без меры,
Жаль, что вот не хватает на всех уголков.

Мы у господа Бога спасенья не просим.
С нами северный ветер да пули вдогон,
И кресты вышивает последняя осень
По истертому золоту наших погон.


Русь

"Пришло время бороться за чистоту нашей классики..." Поговорим о культуре.

Мой комментарий: Люди моего поколения помнят таких исполнителей оперных партий как Иван Козловский, Сергей Лемешев, Максим Михайлов, Александр Ведерников и многих других, которые не считали себя "золотыми голосами России", и в тоже время  были настоящим  достоянием русской культуры. Сегодня когда в пошлости и примитиве сусальных золотых голосов российской псевдокультуры, как никогда хочется вернуться к истокам высокого творчества Мастеров.
Одним из таких Мастеров есть Александр Филиппович Ведерников. Одного из лучших исполнителей партии Ивана Сусанина.
Именно о опере "Жизнь за царя" и пойдет сегодня речь.  О судьбе этой оперы в стране Советов. И не я буду об этом рассказывать. Расскажет сам Александр Филиппович, главу из его книги "Чтоб душа не оскудела" я представляю на ваш суд.

Collapse )
Пращур

ВКЛАД РУССКОГО ОФИЦЕРСТВА В КУЛЬТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ РОССИИ

Майор О.А. ГРАЧЕВА

РУССКИЕ  ОФИЦЕРЫ—СОЗДАТЕЛИ МУЗЫКАЛЬНЫХ ШЕДЕВРОВ XIX ВЕКА

ВЫДАЮЩИЙСЯ  композитор  первой  половины  XIX  века  Александр  Александрович Алябьев (1787—1851) — русский офицер,  основоположник  лирического  романса  и камерно-инструментальной  музыки  —  оставил богатое музыкальное наследие (1) . В 1812 году  А.А.  Алябьев  добровольцем  вступил  в  гусарский полк, участвовал во многих сражениях и действиях партизанских отрядов. Был ранен и награжден орденом за доблесть. В архиве  хранится  интересный  документ  о  получении им чина полковника за взятие в плен адъютанта маршала Бертье 25 января 1812 года (2) . В 1814 году два раза Александру Александро-
вичу пришлось сменить место службы: сначала лейб-гвардии  Конно-егерский  полк,  затем  Ахтырский гусарский полк (3) . По окончании кампании он вышел в отставку и поселился в Петербурге, где сблизился со многими деятелями литературы  и  искусства  —  А.С.  Грибоедовым, А.Н. Верстовским, А.А. Бестужевым, П.А. Мухановым и др. С 1823 года он жил в Москве, сочинял музыку к спектаклям, выступал в любительских  концертах.  В  1825  году  к  открытию  Большого  театра  совместно  с  А.Н.  Верстовским  и Ф.Е. Шольцем написал музыку к прологу «Торжество   муз» (4) .   В   творческом   наследии   А.А. Алябьева,  работавшего  в  различных  музыкальных жанрах, есть произведения, слава которых вознесла композитора на вершину музыкального олимпа. Это романсы «Соловей», «Вечерний звон»,  «Я  вас  любил»  (соответственно  на  слова А.А.  Дельвига,  И.И.  Козлова,  А.С.  Пушкина). Кроме  того,  он  являлся  автором  опер  «Буря», «Волшебная ночь», «Рыбак и русалка», «Лунная ночь, или Домовые» и других, балета «Волшебный  барабан,  или  Следствие  Волшебной  флейты»  (1827),  музыки  к  20  водевилям,  симфонии (1830); увертюр и других произведений для симфонического и духового оркестров; тем с вари-
ациями  для  скрипки  с  оркестром;  фортепианного квинтета; трех квартетов; двух фортепианных  трио,  квартета  для  четырех  флейт,  более 150  песен,  вокальных  ансамблей,  хоров  без  сопровождения, сборника украинских песен (5) .
Collapse )